Последний киртан Сарасвати Тхакура

Москва, 11 июня 2013 года. «Шри Чайтанья-лила»

Сарасвати Тхакур уходил из этого мира в мае 1937 года. Он был на Пури-парикраме и в гамбире, в том самом месте, где Махапрабху переживал Свои чувства, услышал голос сахаджии. Это было для него как молния: он подкосился и упал на колени. Ученики подхватили его, и только близкие поняли, что произошло. Он сказал несколько слов об этом киртане и попросил отнести его обратно, в его бхаджана-кутир. Там у него случился инфаркт.

Его подкосило оскорбительное воспевание Святого Имени. Он говорил: «Я принёс в этот мир чистый Кришна-нам — что же они делают?» Он долго повторял это в бреду. Ему становилось всё хуже, и преданные решили перевезти его из Пури в Калькутту, потому что врачей в Пури тогда не было.

Преданные дежурили возле него по сменам. И он просил петь ему песни «Ашта-калия-лилы» — песни любви к Господу, которые он никогда прежде петь не просил. Все были удивлены, что Гурудев хочет их слышать.

Ему становилось всё хуже, песня за песней. Сарасвати Тхакур готовился оставить этот мир: он уже не жил здесь, он жил только той любовью Радхарани, которая описана в этих песнях. И в какой-то момент он сказал: «Я хочу слушать „Шри Рупа-манджари-пада“». Это было за сутки до его ухода.

Тиртха Махарадж попросил петь одного из известнейших исполнителей киртана в Гаудия-матхе. Но Сарасвати Тхакур сказал: «Нет-нет. Я не хочу слушать мотив, мне нужна суть». Все были поражены: он остановил киртан и сказал: «Где Шридхар Махарадж? Позовите его».

Шридхар Махарадж был потрясён. Он никогда не был певцом, он был очень скромным человеком, и он сказал: «Я здесь не лучший». Но Тиртха Махарадж напомнил: «Гуру Махарадж сказал, чтобы я попросил именно вас».

Сарасвати Тхакур был уже совсем слаб и не мог подняться с постели. Это был последний киртан, который он слышал. На следующий день, в четыре часа утра, он ушёл. Шридхар Махарадж дежурил с полуночи до двух, потом его сменили, и он заснул не раздеваясь. И вдруг ему говорят: «Прабхупада уходит!» Он бросился туда — Прабхупада уже ушёл.

Говорят, лицо у него было спокойное, умиротворённое, улыбающееся. Он ушёл с улыбкой на устах — так быстро, что никто не успел понять, что происходит.

Позже преданные повезли его в Навадвипу особым поездом. Тысячи людей, цветы. От станции его несли на носилках, а через Гангу переправлялись как могли: моторных лодок тогда не было, людей было столько, что многие плыли, держась за борта, а кто-то и просто вплавь; боялись, что половина утонет.

Но всё же переправились, и в Чайтанья-матхе начались проводы. Самадхи копали всю ночь. Наутро Сарасвати Тхакура усадили, совершили ягью, написали на его теле мантры, пели «Шри Рупа-манджари-пада». Все говорят, он сидел как живой. И тогда стали засыпать солью. Шридхар Махарадж рассказывал: «Пока соль не дошла до лица, я ещё был во внешнем сознании. А потом я просто разрыдался и пришёл в себя, только когда всё было закончено и все преданные пели киртан».