Глава 7: Долина туманов

Легенды у костра

Трипитака постепенно привыкал к новой жизни. С любопытством смотрел на каждого встречного, с азартом поднимался к каждому повороту. А дорога убегала всё выше.

С каждым шагом мир вокруг Трипитаки менялся. Горы росли, опаснее становились тропы. Каменные уступы, ползущие тени и резкий, хриплый ветер. Казалось, что сама природа здесь живая: наблюдает, проверяет, отпускает или задерживает.

Путь вёл его всё дальше от обыденности и цивилизации, туда, где стирается граница между реальностью и мифом.

Уже довольно высоко в горах Трипитака наткнулся на караван торговцев. Они как раз остановились на ночлег среди пушистых, как кисточки, гималайских сосен.

Как и на ярмарке, здесь собрались самые разные люди. Снова индийские дходи, китайский шёлк, тибетская шерсть…

Лица караванщиков были смуглыми с тонкими светлыми морщинками, как бывает у людей, привыкших к ветру и солнцу, а глаза смотрели настороженно, но светились долгим жизненным опытом.

Китайский купец: Оставайся ночевать с нами, странник. Куда тебе торопиться? А у нас и костёр найдётся, и чем угостить случайного гостя!

Трипитака с радостью принял приглашение. Уселся к огню, с низким поклоном принял пиалу душистого горячего чая. Допытываться, кто он и откуда, не стали. И так понятно – странник без роду, без племени, бредёт, куда ветер несёт. Так что караванщики смеялись и переговаривались, а Трипитака всё больше слушал.

Когда опустились сумерки, ветер завыл в далёких скалах, а пламя заплясало красными отсветами по лицам, разговоры перешли на полушёпот.

Торговец в тёплой шубе: А слыхали вы о Долине Туманов?

Индийский купец: Конечно слыхал. В той долине небеса на землю падают. Говорят, туманы там такие густые, что руку вытянешь – потеряешь!

Трипитака насторожился и прислушался внимательнее. Даже затаил дыхание, чтобы ничего не пропустить.

Китайский купец: Это не просто туманы. В тех местах что-то скрыто. И не желают они, чтобы шлялись там всякие недостойные.

Молодой охранник: Я слышал, что там живёт сама Земля, древний могущественный дух!

Торговец в шубе: А я слышал, что там засел демон с туманным сердцем и жадным брюхом. Это он не даёт проходу, заманивает, зовёт в туман и сжирает живьём, костей не остаётся.

Китайский купец: Нет там никаких демонов. Я встречал тех, кто сам в Долине Туманов бывал. Они говорят, что видели храмы, да какие! Словно те сами выросли из скал! А под ними горные озёра, сияющие как лунный свет, прозрачные, как слеза юной девы. По берегам тех озёр растут деревья, и на них плоды, что могут исцелить любую хворь. Так-то!

Старый охранник со шрамом: Кто же захочет пускать каждого встречного-поперечного к таким-то богатствам.

Торговец в шубе: Потому и сидит там демон… И жрёт тех, кто недостойным оказался.

Охранник со шрамом: А ещё говорят, что там живут бессмертные! Те, кто нашёл Шамбалу, скрытую в глубине гор.

Старший торговец, седой человек с глубокими морщинами, поднял руку, заставляя всех замолчать.

Старший торговец: Есть там и богатства, и опасности. И демоны есть, но не те, о которых вы думаете. Приходилось ли вам про Пропасть Падающих Теней слышать, друзья?

Все притихли, и старший торговец продолжил.

Старший торговец: Это место, где духи начинают играть с твоим разумом. Думаешь, по тропе идёшь, и – раз! Вдруг оказываешься на краю пропасти и падаешь, а там сам духом станешь. А ещё слышатся крики людей, которые зовут тебя по имени. Но оглянись – ни души! Вернее души-то есть, но пропащие. Тени…

Молодой охранник (неуверенно): Бабкины сказки...

Старший торговец: Сказки? Думаешь, все, кто в тех краях сгинул, просто заблудились или их демон сожрал? Нет. Пропали они, встретившись с местными духами, пропали и сами стали пропащими.

Индийский торговец: Говорят, там всякое бывает. Можно встретить странника в простом одеянии. Он с тобой заговорит, помощь предложит, а потом развеется, как дым!

Охранник со шрамами: Да, но не каждый, кто человеком притворяется, помочь хочет. Бродят там всякие существа. Некоторые и просто проверять тебя станут. Золото будут предлагать, обещать богатство, но если ты хоть пятак возьмёшь, из долины живым не выйдешь.

Трипитака до сих пор слушал молча, но теперь не выдержал и, с жаром подавшись вперёд, спросил:

Трипитака: А как понять, что перед тобой? Морок, человек или дух какой? Добра ли желает?

Старший торговец взглянул на монаха внимательно, словно взвешивая, что ему сказать.

Старший торговец: Твоя душа сама знает, кто друг. Но в этих местах главный враг тебе – ты сам. Если в сердце страх да жадность, сгубят они тебя, как ни изворачивайся.

На этом разговор постепенно угас.

Земля за порогом мира

На следующее утро Трипитака тепло простился с караванщиками и продолжил путь. Тропа наконец начала вновь подниматься в гору и становилась всё опаснее. Серпантином вилась по крутым склонам, петляла по обрывам над глубокими ущельями. А вокруг змеился, заворачивался в странные спирали туман. Тропа вильнула и вывела к узкому перевалу. Ветер ударил в лицо с такой силой, как будто кто-то могучий, но невидимый руками пытался задержать нежеланного гостя.

Трипитака: А вдруг правы были караванщики? Долина и правда как живая.

За перевалом резко стих ветер, и в упавшей ватным одеялом тишине послышались непонятные звуки. Трипитака нахмурился и прислушался. Странно. Не крики людей, не стоны ветра. Невнятный, но почти музыкальный гул сочился откуда-то из глубины гор.

Пропасть Падающих Теней

Трипитака: Не схожу ли я с ума? А может, всё-таки и правда тут есть демон или духи?..

Он остановился на краю глубокой пропасти и почти неосознанно взглянул вниз. Там был только туман. Клубился и извивался длинными щупальцами, как живой. Трипитака тут же вспомнил слова старшего торговца. Пропасть Падающих Теней. Спит он, что ли? Но нет. Внезапно Трипитака почувствовал, что по спине побежали мурашки и волосы встали дыбом. Он услышал! Услышал за спиной голоса, зовущие его по имени!

Голоса: Линь… Линь… Линь… Иди сюда, Сунь Линь!

Это было имя, которым его нарекли при рождении. Каким его звали во дворце. Имя, которое он, казалось, так давно оставил. Трипитака почувствовал, как растёт внутри страх. А вдруг всё-таки демон? Да и духи не лучше… Но вместо того чтобы оглянуться, он закрыл глаза и вспомнил слова учителя.

Суня Бо (в воспоминании): Не спеши бросаться, сломя голову, по первому зову этого мира. Остановись, прислушайся. Глаза могут обманывать, но сердце знает истину.

С трудом оторвав взгляд от живого тумана внизу, Трипитака глубоко вдохнул раз, другой. И повторил свою мантру:

Трипитака: Ом... Шанти... Ом…

Звуки тут же стихли, словно духи или демоны, или кто бы там ни был, то ли испугались мантры, как заклинания, то ли решили, что нет нужды больше пугать странника, раз он всё равно не слушает. Голоса исчезли, и туман медленно начал рассеиваться.

Вид на скрытую долину

Внизу была не пропасть, а вид на прекрасную долину. Она не походила ни на одно из мест, что видел до сих пор Трипитака. С горящими глазами он лег прямо на дороге у обрыва и подполз к самому краю, чтобы можно было вдоволь насмотреться, не боясь упасть или что закружится голова. В долине зеленели густые леса, полные певчих птиц, алмазной крошкой разбивались в звёздных озёрах сверкающие водопады, а вокруг темнели скалы, из которых, казалось, сами по себе вырастали древние монастыри.

Воздух стал плотным, насыщенным ароматами трав, цветов и чего-то невыразимо прекрасного и древнего, как сама жизнь. Сердце от этого забилось быстрее. Но вот он моргнул… Показалось, что чудесная, волшебная, сказочная, такая желанная долина словно бы отделилась от остального мира и начала отдаляться от Трипитаки, убегать в даль и уменьшаться. Между ним и долиной истины вырастали всё новые горы, разверзались пропасти, лентами развёртывались бурные реки без единого моста… Сердце ушло в пятки, Трипитака вцепился разом вспотевшими ладонями в край скалы и шумно, разочарованно выдохнул.

«Ты серьёзно думал, что это всё? – ехидно спросил его внутренний голос, подозрительно напоминающий Суня Бо. – Нет, мой мальчик. Впереди лежит ещё много испытаний и чудес, и неизвестно, что покажется тяжелее! Но теперь ты узнал, что такое красота, сестра истины. Ищи её, потому что истина – прекрасна».

Трипитака вздохнул, уткнулся лбом в ладонь и какое-то время просто лежал. Наконец набрался смелости и ещё раз взглянул вниз с обрыва. Там зияла бесконечная бездонная расселина. По ту сторону всё ещё высились горы. Путь опять казался бесконечным. Но в сердце Трипитаки теперь был образ долины. Не самой истины, но отблеска, искры её красоты. И этот образ согревал душу. «Истина – это не место, куда можно прийти». Так сказал учитель. Значит, нужно просто идти. Рано или поздно она сама найдёт его.

С глубоким вздохом Трипитака поднялся, потёр затёкшую шею и неуверенно осмотрелся. Никакого волшебного способа пересечь расселину не появилось. Трипитака поднял взгляд на дорогу, бегущую вдоль пропасти вверх, к снежным вершинам.

Трипитака: Ну что же, так даже лучше! Пока дорога одна, выбирать не приходится, нечего и мучиться.

Ближе к ночи, сидя в тишине возле небольшого костерка, который удалось сложить их веток кривых и низкорослых горных деревьев, Трипитака с замиранием сердца вспоминал образ долины истины. Сегодня она от него ускользнула, только подмигнув. И впереди была ещё долгая дорога. Трипитака сладко потянулся и улёгся возле костра, глядя в темноту. Ничего, он готов.