Глава 4: Легенда о Короле Обезьян

Ветер завывал в ущелье, гоняя пыль веков по древним, как сама земля, тропам. Перед друзьями возвышалась Гора Пяти Стихий. В золотистом сиянии закатного солнца она одновременно пугала и манила.

Чжу Бацзе остановился и задрал голову, довольно хрюкнув. Во взгляде появилась задумчивость, как будто он вспоминал что-то давнее, почти забытое.

Чжу Бацзе: Ну что, монах, пришло время познакомиться с настоящей легендой. Гору видишь, да? Она не просто так здесь торчит посредь равнины. В ней заточён самый дерзкий и самый великий из всех существ, что когда-либо ступали на эту землю.

Трипитака: Ты о Короле Обезьян, да?

Чжу Бацзе кивнул.

Чжу Бацзе: О нём самом. Сунь Укун. Великий Мудрец, Равный Небесам. Слышал историю его падения, монах?

Трипитака покачал головой.

Чжу Бацзе: Тогда слушай. Эта история из тех, которые заставляют даже богов вздрогнуть!

Легенда о Сунь Укуне

Чжу Бацзе: Сунь Укун родился из камня.

Трипитака: Это как?

Чжу Бацзе: А не перебивай – узнаешь! Это значит, что родился он не от матери и отца, а от самого дыхания земли и неба... Тысячелетия стояла одна скала, освещённая солнцем и луной, никого не трогала. А потом вдруг на ней раскололся камень, и из него появился обезьяний сын. С рождения он был могучим, как бог: горы одним махом перепрыгивал, крик его на сотни миль окрест слышно было.

Трипитака уселся на камень и подпер обеими руками щёки. Чжу рассказывал с чувством, в красках, жестикулируя и постоянно меняясь в лице. Слушать – одно удовольствие.

Чжу Бацзе: Так вот, в юности он был просто королём обычных обезьян, веселился с друзьями, прыгал с ветки на ветку, орал непристойности, фруктами в прохожих кидался. Но всегда знал, что предназначен для чего-то большего.

Трипитака вдруг усмехнулся, подумав, что это очень похоже на него самого. Правда, непристойностей и метания фруктов они с друзьями себе не позволяли.

Чжу Бацзе: И всё у него было хорошо, пока однажды он не увидел, как умерла одна из его подруг. Тут до него дошло, что даже король не сможет избежать смерти. Укун в тот же день покинул родной лес и пошёл искать ответ – а нельзя ли как-нибудь всё-таки не умирать?..

Трипитака: Неужели нашёл?

Чжу Бацзе: О, да, ещё как! Он нашёл древнего даоса, и тот научил его магии, алхимии и самому бессмертию. Сунь Укун оказался способным учеником, всего за пару тысяч лет он овладел всеми тайнами: мог превращаться в кого и во что угодно, летать на облаках, как на парусе, управлять ветрами и даже спускаться в подземный мир!

Чжу Бацзе поднял палец и важно хрюкнул, выпучив глаза.

Чжу Бацзе: Но сила... всегда приносит гордыню. Мне ли не знать!

Великая битва на небесах

Чжу Бацзе: Сунь Укун стал настолько силён, что решил бросить небесам вызов. И не просто бросил! Он лично ворвался в небесный дворец и объявил себя Равным всем, кто там есть.

Трипитака тоже выпучил глаза, но от изумления.

Трипитака: Он серьёзно осмелился объявить себя равным богам?! Во дворце у богов?! При всех?

Чжу довольно захрюкал, радуясь, что собеседник оценил поворот.

Чжу Бацзе: Именно! Он ураганом пронёсся по всем небесным владениям. Чуть не разнёс нефритовый дворец Си-ван-му на берегу яшмового озера, там украл и тут же сожрал небесные персики, дающие бессмертие. Потом прокатился по дворцам других богов. У бога Луны, вылакал бесценный напиток – ключ к мистическим знаниям и магии. У остальных похитил божественный нектар вечной жизни. А когда небеса собрали все свои армии, чтобы его остановить, Сунь Укун их всех побил. Даже Карттикея, сын Шивы, не смог с ним справиться!

Падение Короля Обезьян

Голос Чжу Бацзе стал тише, лысые брови задёргались, намекая на скорую развязку.

Чжу Бацзе: Но всяк сверчок знай свой шесток! На любую силу найдётся управа. Боги обратились к Будде, и тот согласился помочь. Будда сказал Сунь Укуну: «Если ты правда равен небесам, докажи! Предлагаю спор, – Будда раскрыл ладонь, и та стала быстро расти. – Если сможешь сбежать из моей руки, богом над всеми богами станешь, и мы все тебе поклонимся».

Трипитака: И что сделал Сунь Укун?

Чжу Бацзе: Ну, он попытался. Хвостом хлестнул, клыки радостно оскалил, чуя быструю победу, и прыгнул так далеко, как только мог. До самого края света. Приземлился, а там пять колонн стоят, и дальше вообще ничего. Сунь Укун подумал, что это край вселенной, и вырезал на одной из колонн своё имя, чтобы как-нибудь потом похвастаться, что был там.

Чжу Бацзе радостно рассмеялся, хрюкая и постукивая по животу.

Чжу Бацзе: А потом понял, что колонны – это пальцы Будды! Он даже его ладонь не покинул!

Пленник под горой

Чжу Бацзе: За свои безобразия Сунь Укун был заточён под горой Пяти Стихий. Будда сказал: «Пятьсот лет тебе тут сидеть, пока не поймёшь, что сила без смирения ничего не значит».

Он махнул рукой в сторону горы.

Чжу Бацзе: И вот он здесь. Пятьсот лет одиночества! Или около того. Но, говорят, есть пророчество: освободит Сунь Укуна монах с чистым сердцем, чтобы смог он искупить грехи, помогая в великой миссии.

Трипитака недоверчиво заморгал и даже улыбнулся, решив, что Чжу шутит..

Трипитака: Неужели ты думаешь, что я тот самый монах?

Чжу Бацзе: Ну, я точно не думаю, что это я! Попробуй, что ли. Чего терять-то?

Они подошли к огромной скале, исписанной древними символами. Трипитака недоверчиво положил на неё ладонь, не понимая, что дальше делать. Совсем уже решил постучать, когда из-под скалы вдруг донёсся приглушённый голос.

Сунь Укун: Кто посмел потревожить Великого Короля Обезьян?

Голос был хриплым, но сильным. Чжу Бацзе хрюкнул, пошевелив пятачком носа, и шагнул назад.

Чжу Бацзе: Ну давай, удачи! На случай, если ты-таки не тот монах и тебя сожрут… В общем, был очень рад с тобой познакомиться! Очень рад!

Трипитака сглотнул и погладил вырезанные на камне письмена.

Трипитака: Меня зовут Трипитака, я странствующий монах, ищу истину и мне нужна твоя помощь!

Сунь Укун: Моя помощь? Ты хоть знаешь, червяк, кто я?

Трипитака: Ты Сунь Укун, Великий Мудрец, Равный Небесам.

На мгновение голос за камнем замолчал.

Сунь Укун: Хм-м-м… Имя тебе известно, но знаешь ли ты о моей боли, человек? Пятьсот лет я здесь, монах, и не из-за простого недоразумения! Ты правда хочешь освободить того, кто разрушил небеса? Ну попробуй, если знаешь, как!

Трипитака глубоко вздохнул, сложил руки перед грудью, закрыл глаза и начал повторять мантру.

Трипитака: Ом Намо Бхагаватэ Васудэвая…

Он ничего не ожидал, но вдруг воздух наполнился вибрацией. Символы древних запирающих иероглифов засветились. Камень затрясся и с грохотом раскололся на три части, подняв тучу пыли. Из неё появился Сунь Укун. Огромная золотистая обезьяна, очень похожая на человека. Зрачки горели золотом, волосы спутаны, доспехи покрыты пылью, в руках волшебный посох «Руян».

Сунь Укун: Ты освободил меня. Теперь я твой.

Сунь Укун опустился на одно колено, и от его голоса вздрогнула гора.

Сунь Укун: Я, Король Обезьян, обещаю защищать тебя и помочь в пути. Но запомни, монах, я не слуга. Я друг.

Чжу Бацзе усмехнулся, разглядывая Сунь Укуна.

Чжу Бацзе: Друг или нет, а впереди тебя ждёт работёнка! Добро пожаловать в нашу сумасшедшую компанию.

И он дружелюбно хлопнул Сунь Укуна по плечу.